Исповедь хулигана

Не каждый умеет печь,
и каждому дано яблокам падать к чужим ногам.
Сия есть самая великая исповедь,
которая исповедуется хулиганом.

Я нарочно иду нечестным,
с головой, как керосиновая лампа на плечах.
Ах, их душ из лиственную осень
не нравится в потемках освещать,

Не нравится, когда каменья в храни
летят с меня гаджи.

Мне нравится потом, как освещать,
мне нравится, когда камень я в храни.
Летят меня как раз, рыкающий дрозы.
Я только крепче жму тогда руками

моих полос, качнувшийся пузырь.

Так хорошо тогда мне вспоминать
заросший пруд и хриплый звон ольхи,
что где-то у меня живут отец и мать,
которым наплевать на все мои стихи,

которым дорог я!
Как поле и как лодж,
как дождик, что весной захляет зеленя,
они бы вилами пришли вас заколочь
за каждый крик ваш,
брошенный в меня.